26 апреля 1963 года в атмосфере строжайшей секретности Фидель Кастро вылетел в Советский Союз. Причем, его самолет, который тайно вылетел из Гаваны, приземлился не в советской столице, а на севере Советского Союза, в Мурманске, откуда Фидель первым делом выдвинулся на базу советских подводных лодок в Северодвинске.

Советские моряки подогнали на рейд эскадру, пришвартовав атомную подлодку прямо к пирсу. Кубинский лидер посетил ее лично, оставшись в восторге от увиденного. Советские военные даже подняли в боевое положение ядерную ракету с тем, чтобы продемонстрировать не бутафорию, а возможности реальной подводной лодки. Кастро, одетому в бушлат, с его могучей и исполинской фигурой, было тесно в ее отсеках. Фидель был поражен, видя возможности советской боевой техники. У него сложилось впечатление, что Советский Союз действительно может защитить Кубу со своей территории.

И маршрут Фиделя Кастро по территории Советского Союза, и точные сроки пребывания в том или ином городе, были засекречены. На территории областей и республик Советского Союза за обеспечение безопасности Фиделя Кастро и немногочисленной кубинской делегации отвечали головой личности первые секретари областных и республиканских комитетов компартии. За те 38 дней, с конца апреля по начало июня, что продолжалась поездка Фиделя по СССР, он совершил уникальный марш бросок от Северодвинска до Самарканда, который до него и после не делал ни один из иностранных и даже советских лидеров. Волгоград и Мурманск, Ташкент и Братск, Ленинград и Киев, везде этого живого и непосредственного бородача в очках и оливковом френче принимали с такой доброжелательностью и любовью, что Фидель Кастро, годы спустя вспоминал об удивительном гостеприимстве советского народа.

Особняком в ходе визита стояли встречи Фиделя Кастро с Никитой Хрущевым, которые происходили в резиденциях и на дачах советского лидера. Никита Хрущев, накануне визита хорошо информированный советскими дипломатами и разведчиками о том, что переговоры с Фиделем Кастро обязательно выйдут за рамки обычного протокола, как следует подготовился к встрече с Кастро. Там, где надо отшучивался, пытаясь, например, перевести начатый Фиделем Кастро разговор об истоках конфликта между СССР и Китаем, на проблемы кочевых племен Средней Азии. Когда речь заходила об эффективной борьбе с диверсионными актами и с контрреволюционными группами, советовал Кастро больше внимания акцентировать не на агрессивных действиях со стороны США. А наладить должную работу органов кубинской госбезопасности, не только внутри страны, но и в поиске и приобретении надежных источников за границей.

Бородатый, а не гладко выбритый, в запыленном боевом оливковом френче, а не в сером костюме, выступающий пылко, а не по бумажке, — в короткий срок Фидель влюбил в себя практически весь Советский Союз. Это был тот, неведомый новому поколению советских людей настоящий революционер, живой, страстный, презирающий бюрократию и чопорность убежденный боец за справедливость, как отважные командиры времен Гражданской войны, словно сошедший со страниц романа Николая Островского, кубинский Павка Корчагин. Руководитель страны, не тронутый бюрократическим тленом, как большинство советских руководителей в центре и на местах.

Похожие материалы